«Нефтемаркет» снимает лимиты на топливо в Забайкалье

Компания «Нефтемаркет» объявила о заметном смягчении ограничений на своих автозаправочных станциях в Забайкальском крае: сняты все лимиты на дизельное топливо, лимит на приобретение бензина АИ-95 в одни руки увеличен до 20 литров, а суточные объёмы отпуска этой марки бензина на всех станциях компании выросли на 50%.

Отдельно, для четырёх заправок в удалённых сёлах региона, увеличены лимиты и на бензин АИ-92. На первый взгляд это выглядит как долгожданное окончание одного из самых затяжных эпизодов летнего топливного кризиса в крае. Но если посмотреть на эту новость в контексте всей истории конфликта компании с региональным правительством, разворачивавшейся на протяжении последних недель, видно: смягчение лимитов решает лишь симптом, а не корень куда более серьёзного институционального спора.

Что именно изменилось

Согласно сообщению компании, изменения затронули сразу несколько параметров. Полностью сняты ограничения на продажу дизельного топлива — то есть теперь его можно приобрести без прежнего лимита. Личный лимит на покупку бензина АИ-95 в одни руки увеличен до 20 литров, а отдельно — суточные объёмы отпуска этой марки бензина по каждой АЗС сети выросли на 50%: это два разных, не связанных напрямую показателя, один из которых касается объёма покупки одним человеком за раз, а другой — общего объёма продаж станции за сутки.

Дополнительно на четырёх станциях — № 25 в селе Калга, № 26 в посёлке Досатуй, № 39 в селе Нерчинский Завод и № 45 в посёлке Кличка — увеличены суточные лимиты и на бензин АИ-92, что компания объясняет необходимостью полностью удовлетворить потребность местного населения в этой марке топлива.

Хронология конфликта, которая привела к этому моменту

Чтобы понять реальное значение нынешних послаблений, необходимо вспомнить всю цепочку событий последних недель. Ещё 28 июля 2026 года «Нефтемаркет» приостановил на 20 своих станциях продажу бензина АИ-92 за наличный расчёт и по банковским картам — как позже объясняла сама компания, эта мера коснулась только тех заправок, рядом с которыми работали конкурирующие сети, и была введена именно в момент, когда эти конкуренты начали восстанавливать продажи после собственных перебоев.

3 августа региональные власти публично обвинили компанию в куда более серьёзном проступке: по заявлению первого зампреда правительства Забайкалья Буянто Батомункуева, «Нефтемаркет» на протяжении двух недель уклонялся от заключения договоров на поставку моторного топлива в регион, из-за чего бензин перестали продавать населению сразу на 20 автозаправочных станциях, а на прочих точках сети снизили лимиты отпуска.

Журналисты, попытавшиеся получить у властей комментарий о конкретных объёмах снабжения и лимитах на станциях «Нефтемаркета», получили ответ, что подобные вопросы находятся в исключительной компетенции самой топливной компании.

Уже 4 августа губернатор Александр Осипов сообщил: все 20 остановивших работу станций «Нефтемаркета» возобновили продажу топлива, хотя и с сохранением упомянутых выше лимитов — 20 литров АИ-92, 15 литров АИ-95, 100 литров дизеля.

Версия самой компании: обвинения несправедливы

Ключевой поворот в этой истории произошёл, когда «Нефтемаркет» опубликовал развёрнутый официальный ответ на претензии правительства — документ, который существенно меняет угол зрения на весь конфликт. Компания настаивала: никакого «уклонения от договоров» в принципе не было и не могло быть, поскольку ей предложили заключить соглашение не напрямую с крупными нефтяными компаниями, а через посредника — АО «Корпорация развития Забайкальского края», назначенное региональным оператором распоряжением губернатора от 14 июля 2026 года.

По утверждению «Нефтемаркета», у этой посреднической структуры не было ни собственных нефтебаз, ни автозаправок, ни профильных специалистов, зато договор предусматривал стопроцентную предоплату — условие, создававшее для компании прямой риск финансовых потерь в случае непоставки топлива.

По собственным расчётам «Нефтемаркета», работа по такой схеме привела бы к убыткам в 4–5 тысяч рублей на каждую тонну реализуемых нефтепродуктов. Вместо этого компания предлагала альтернативную модель — по образцу соседней Иркутской области, где статус региональных операторов получили действующие компании с собственной инфраструктурой, — и утверждала, что губернатор и первый зампред ранее одобряли именно этот вариант.

Почему нынешнее смягчение лимитов не закрывает главный вопрос

Именно в свете этой предыстории нынешнее объявление о снятии ограничений на дизель и увеличении лимитов на АИ-95 стоит расценивать осторожно. Формально это хорошая новость для рядовых автомобилистов Забайкалья: доступность топлива на заправках крупнейшей независимой сети региона действительно расширяется.

Но само сообщение компании о новых лимитах никак не упоминает АО «КРЗК» или изменение статуса регионального оператора, а значит, сам институциональный конфликт, из-за которого в конце июля возникли перебои, судя по всему, остаётся неразрешённым: спор о том, кто именно должен выполнять функции регионального оператора топливного рынка — специально созданная посредническая структура без собственных активов или сама компания с реальной сетью АЗС и нефтебаз, — пока не получил публичного разрешения.

Ранее компания принесла жителям официальные извинения за неудобства, связанные с отсутствием бензина АИ-92 на части заправок в течение пяти дней, и объяснила восстановление продаж поставками от «надёжных и проверенных годами поставщиков» — то есть, по сути, обошла спорную схему с региональным оператором стороной, а не разрешила спор с ним. Это означает, что риск повторения подобной ситуации — приостановки продаж отдельных марок топлива на части станций сети — сохраняется до тех пор, пока региональные власти и «Нефтемаркет» не придут к согласию по базовому вопросу архитектуры топливного рынка края.

Контекст: кризис длится с середины июня и пока не признан полностью решённым

Стоит напомнить и более широкий контекст, в котором разворачивается вся эта история. Топливный кризис в Забайкалье начался в середине июня 2026 года, а уже 26 июня губернатор Осипов провёл заседание краевой комиссии по чрезвычайным ситуациям, по итогам которого в регионе ввели режим повышенной готовности.

Опрошенные региональными журналистами экономисты и политики отмечали: единственным реальным способом выхода из подобного кризиса является насыщение рынка топливом, достаточное для снятия ажиотажного спроса, — при этом на федеральном уровне, по данным вице-премьера Александра Новака, ситуация в целом по стране характеризовалась как контролируемая, без серьёзных проблем, что заметно расходилось с локальной остротой забайкальского кризиса.

Показательно и то, что по данным на конец июня 2026 года, цены на топливо по стране в целом с начала года выросли ощутимо: бензин АИ-92 подорожал примерно на 29%, АИ-95 — на 33%, а дизельное топливо — на 37%, что создаёт дополнительное давление на потребителей даже вне зависимости от локальных перебоев с конкретными марками на конкретных заправках.

Что в итоге

Объявленное «Нефтемаркетом» смягчение лимитов — реальное и заметное улучшение для жителей Забайкалья, особенно для тех, кто зависит от дизельного топлива, теперь доступного без прежних ограничений, и для владельцев транспорта, использующего популярный АИ-95.

Отдельное внимание к четырём удалённым сёлам региона — Калге, Досатую, Нерчинскому Заводу и Кличке — также свидетельствует о попытке компании закрыть наиболее уязвимые, малонаселённые точки снабжения, где альтернативных источников топлива у местных жителей объективно меньше всего.

Но само это смягчение стоит воспринимать именно как решение сиюминутной, тактической проблемы, а не как разрешение фундаментального конфликта, лежащего в его основе. До тех пор пока региональные власти и крупнейший независимый оператор топливного рынка Забайкалья не согласуют, какая структура и на каких условиях будет выполнять функции регионального оператора — специально созданная посредническая корпорация или сама компания с действующей инфраструктурой, — риск повторных, пусть и локальных перебоев с отдельными марками топлива на отдельных станциях остаётся реальным.

История последних недель показала: даже формальное возобновление продаж после публичного скандала не отменяет того, что стороны конфликта расходятся в самой базовой оценке произошедшего — компания настаивает, что её вынудили отказаться от невыгодной и рискованной схемы работы, а не «уклоняться» от обязательств перед регионом.